search
#65 issue
email newsletter
Sign up to receive offers, luxury events dates and other news from New Style mag
Ваше имя

E-mail

Вокруг света

Луи Мандрен - французский Робин Гуд

26 мая 1758 года в городе Валансе (на юге Франции) был казнен Луи Мандрен - благородный разбойник, друг простых людей и гроза толстосумов-кровососов - словом, Робин Гуд французского разлива! Только герой английских народных баллад, возможно, был плодом народной фантазии, а Мандрен - вполне историческая личность. Память о нем живет и поныне. В особенности чтут Мандрена в местах, где он родился, - в городке Сент-Этьен де Сент-Жуэр под Греноблем. Там главная площадь носит его имя - единственный случай в истории, ничего не скажешь!

 

Луи Мандрен родился 11 февраля 1725 года в семье кузнеца. Его отец рано умер, оставив вдову с девятью сиротами. И немедленно в них мертвой хваткой вцепляются сборщики податей, которым во Франции при «старом режиме» король отдавал налогообложение на откуп. Подобная форма поборов с населения была введена в обиход Кольбером в 1726 году. Почти все налоги были переданы так называемым «генеральным откупщикам» - fermiers gйnйrals.

Офис Ferme gйnйrale (т.е., говоря по-современному, «центральной налоговой службы») помещался в Париже, а 42 ее филиала размещались на местах. Откупщики – финансовые воротилы и денежные тузы - были участниками весьма сложной и довольно темной игры; они неподотчетно собирали громадные налоги с продажи табака, мануфактуры, землепользования. Одним из наиболее одиозных и разорительных поборов был «габель» – налог на соль, легальную торговлю которой с XIV в. монополизировала французская корона.

Подумаешь, соль! - скажете вы. Ну да, сейчас это непонятно, а ведь во Франции налог на соль взимался разный для разных провинций. Этот жизненно необходимый ингредиент контрабандисты нелегально переправляли поверх феодальных границ (совсем как сигареты в нынешнем Евросоюзе!) - за что их, поймав, нещадно карала внутренняя таможенная служба. Здесь и прогремело впервые имя Мандрена, изначально - несчастной жертвы превратностей судьбы и сборщиков податей...

Судьба-злодейка

После смерти отца (в 1742 году) 17-летний Луи Мандрен становится опорой и кормильцем семьи. Пытаясь вырваться из налоговой кабалы, юноша начинает заниматься интендантством: поставляет провиант французской армии во время Пьемонтской кампании против австрийского дома. Тут его постигает новый удар судьбы: из-за снежной бури на перевале в Альпах гибнет отправленный им караван «из 100 мулов без трех», груженный провизией, а Ferme gйnйrale отказывается оплатить поставки. Мандрен разорен.

И вновь ужасная весть: повешен его брат-фальшивомонетчик, не придумавший иного способа расплатиться с налогами. (Сразу добавим, что это жульничество не походило на теперешнее. Сейчас фальшивые банкноты изготовляют с помощью лазера - а при «старом режиме» фальшивые луидоры чеканили из неопределенного сплава с примесью золота из переплавленных монет, правда, легче весом, причем подобным мошенничеством не пренебрегал и королевский монетный двор.)

...Ну конечно, во всем виновата она, проклятая Ferme gйnйrale, выжимавшая из людей все, что могла и чего не могла! И честный, но неудачливый юный коммерсант решает отомстить богачам и мытарям, наживающимся на горе народном. Вот и стал Мандрен наперекор судьбе-злодейке разбойником и контрабандистом.

 

Лихие люди

...В те годы выходить на улицы французских городов ночной порой было рискованно. В кромешной тьме из щелей, подвалов, трущоб нежданно-негаданно возникали страшные неведомые люди в лохмотьях, нередко в масках, вооруженные до зубов. Разбойничьих шаек боялись не только горожане, но даже стража. И вельможи в экипажах стрелой проносились по ночным улицам под защитой эскорта вооруженной охраны.

Еще страшнее было ночью в лесах и на дорогах. Путники выезжали засветло. А чуть наступали сумерки, с растущей тревогой всматривались в лесную чащу: что там за тени бесшумно скользят в придорожных кустах? Что за огни мелькают меж дубовых стволов? А может, это только мерещится? Но уже выскочили на дорогу страшные мужики, заросшие до глаз бородами, с топорами за поясом – лихие люди.

 

Король контрабандистов

Самой отчаянной считалась разбойничья банда Луи Мандрена - грозы богачей и сильных мира сего. В банде были простые люди: бродяги, дезертиры, слуги, сбежавшиие от жестоких хозяев, а еще крестьянская беднота - бедолаги, доведенные голодом, жестокой нуждой, отчаянием до необходимости браться за оружие.

Мандрен со товарищи вели главным образом борьбу с Ferme gйnйrale. Шайка скупала в германских и швейцарских кантонах кожу, зерно, порох, свинец, табак, холст, индийский муслин, затем переправляла все это в Бургундию и суверенное Савойское герцогство. А оттуда, в обратном направлении, тайно провозила драгоценную соль. Все это добро контрабандисты прятали в тайниках, затем продавали без пошлин на ярмарках по берегам Роны, появляясь на рыночных площадях буквально из ниоткуда.

Живописное, великолепное то было зрелище! Лихая кавалькада проносится вихрем вдоль торговых рядов. Вьются гривы вороных коней, сверкают клинки, трепещут плюмажи! А впереди всех - он, знаменитый «джентльмен удачи» Луи Мандрен! Вот он на лубочной картинке того времени: лихо заломленная черная фетровая шляпа обшита золотым галуном, вокруг шеи - алый платок, за плечами вьется по ветру серый плащ. На кафтане блещут пуговицы красной меди, на башмаках сияют серебряные пряжки. Из-под красно-зеленого кушака грозно выглядывают пистолеты и кинжалы; на перевязи - острая сабля.

Они прибывали на ярмарку - и начиналась потеха. Под дулом пистолета «мандреновцы» заставляли генеральных откупщиков покупать у них контрабандный товар... по их же собственным, грабительским расценкам. То-то хохотали люди, когда выставлял удалой Мандрен алчных хищников в самом смешном виде! Какую обильную пищу давали эти подвиги народному фольклору!

В глазах простонародья Мандрен выступал героем, борцом с несправедливостью, что грабит лихоимцев-богачей, высвобождает из неволи узников, наделяет золотом бедняков. Славила молва Мандрена за благородство, щедрость, отвагу, удачливость, веселый нрав - ну и за галантные похождения, понятно, а как же без них! Ему, Мандрену, де нипочем был самый крепкий засов, самый хитрый замок, ежели надо проникнуть к красотке, томившейся под бдительным оком ревнивого муженька!

Карьера короля контрабандистов длилась всего два года. Затем с ним и его людьми пошла борьба не на жизнь, а на смерть. В 1754 году разъяренные откупщики снарядили против Мандрена настоящую армию. А он умудрялся от нее уходить, скрываясь в Савойских горах и прячась у крестьян. За его голову назначили огромный выкуп. И в ночь с 10 на 11 мая 1755 года Мандрен был предательски выдан врагу. Говорят, что замок Монфор, где скрывался Мандрен с отрядом, брали приступом 6000 человек!

Мандрена бросили в темницу в Гренобле. На протяжении 15 дней подвергали его жестоким пыткам, а он переносил их героически и не дрогнул. Ясным днем 26 мая 1755 года взошел Мандрен на плаху в Валансе на городской площади перед ратушей. Поклонился он в пояс народу. А народ приветствовал Мандрена, и многие навзрыд плакали. Был он колесован - но так и не издал ни единого стона во время ужасной казни.

В память о «французском Робин Гуде» на площади его родного города Сент-Этьен де Сент-Жуэр воздвигнут единственный в своем роде памятник - гранитная копия ботфортов Мандрена. В городском музее в витрине - его пистолеты и сабля. Но главным памятником фартовому молодцу, бедовому удальцу, бесшабашному храбрецу остается баллада, сложенная народом в его честь. Она поется и до сих пор:

 

Плач о Мандрене


Мы - воровская банда,
Кандальная команда.
Нас тридцать пять воров,
Гроза богатых –
Боже мой! -
Нас тридцать пять воров,
Гроза богатых погребов.

 

С отмычкой и кастетом
В засаде как-то летом
Засели во дворе
мы у кюре –
о Боже мой! -
Засели ночью во дворе
У богача-кюре.

 

Вот ломик, вот задвижка,
И вот задвижке – крышка!
Я увидал – ура! – купель и крест,
и Боже мой! -
Я увидал – ура!
Купель и крест из серебра!

 

Вот комната другая,
Роскошная такая!
Деньгами сундуки
Битком набиты,
Боже мой!
С деньгами сундуки,
Сукно, парча и парики!

 

Забрал я все пожитки,
Обчистил дом до нитки
И три воза добра
С трудом увез я,
Боже мой,
И три воза добра
С трудом увез я со двора!

 

В Брюсселе на толкучке
Загнал все эти штучки
За три гроша – ну что ж,
Мне все досталось,
Боже мой,
За три гроша, ну что ж,
Мне все досталось ни за грош.

 

В Гренобле, вот несчастье,
Меня схватили власти.
Скрутили меня там
Большой веревкой,
Боже мой! -
Скрутили меня там
И по рукам, и по ногам.

 

Вот суд господ присяжных
Напыщенных и важных
Приговорил меня,
Увы, увы мне,
Боже мой! –
Приговорил меня,
В Валансе вздернут буду я!

 

Стою с петлей на шее
Над Францией моею.
Братки сидят в кустах,
Рыдают, плачут,
Боже мой! –
Братки сидят в кустах
И на меня глядят в слезах!

 

Прости-прощай, мамаша,
Прости-прощай, папаша,
Прощается навек
Сыночек с вами,
Боже мой!
Прощается навек
Ваш сын – пропащий человек!
Мандрен!


(Перевод К. Сапгир)